avangard-pressa.ru

Белая крепость чёрного континента - Политология

Апартеид — (апартхейд) на языке африкаанс apartheid означает раздельное проживание, а именно лишение и существенное ограничение политических, социальноэкономических и гражданских прав какойлибо группы населения, вплоть до её территориальной изоляции.

В рецензии, опубликованную в «РО-5» от 16 февраля 2005 года, на книгу «Терроризм и этнополитические конфликты» мы уже поднимали тему сопротивления «малых» наций (ирландцы, баски, корсиканцы) Европы полуевропейской-полуинородной среде под названием ЕС. Мы писали:

«Малые» нации для нас интересны борьбой за чистоту нации, борьбой против смешанных браков, за христианский образ жизни, за традиционный уклад, борьбой против распространения ислама, либеральных общечеловеческих ценностей, индивидуализма, тотального распространения и превосходства английского языка, гомосексуализма и прочих признаков нынешнего мира. Мы считаем, что в общей массе «большой» русской нации должна вызреть своя активная, пусть и малая сначала по числу, Русская нация, которая станет авангардом возрождения и процветания России и Русских».

В этом свете в ситуации, когда современная Россия имеет в наличии деградирующее русское население и подвергается вторжению чуждых народов и рас, обращение к практическому опыту зарождения, существования и краха системы апартеида ЮжноАфриканской республики было бы полезным для Русской Нации. Режим апартеида был окончательно разрушен только в 1992 году. Всего 14 лет назад режим апартеида действовал! Таким образом, при стечении ряда обстоятельств политическое и государственное устройство «апартеида» имеет все шансы существовать в качестве официального режима современного государства. Ведь именно эта политическая система позволяла сохранять белое доминирующее начало в стране, и, не взирая на преобладание массы слаборазвитого чёрного и цветного населения, позволила вывести ЮАР в разряд наиболее цивилизованных стран мира. Судьба Русских, постепенно тонущих в мутных водах Евразии, становится похожа на судьбу белых в ЮАР.

Перед тем, как мы перейдём к рассмотрению интересующих нас моментов, определимся с термином «апартеид».

Апартеид — (апартхейд) на языке африкаанс apartheid означает раздельное проживание, а именно лишение и существенное ограничение политических, социальноэкономических и гражданских прав какойлибо группы населения, вплоть до её территориальной изоляции.

Истоки «Великого Трека»

В 1652 нидерландская Ост-Индская компания основала на территории современной ЮАР Капскую колонию, господствующее положение в которой заняли нидерландские колонисты — буры. Голландские переселенцы — буры или африканеры (бур в переводе с голландского означает «крестьянин»), начали обрабатывать земли. У колонистов появились первые административные органы. Примерно в это время начался оформляться и самобытный язык буров — африкаанс. Африкаанс (бурский язык) — относится к индоевропейской семье языков (германская группа). Возник в процессе интеграции и смешения нидерландских диалектов с немецкими и английскими языками, а также с некоторыми местными языками.

Сразу необходимо сказать, что голландцы были кальвинистами и отправлялись в далёкое путешествие на кораблях с символическими названиями, например, на корабле «Zion», считая себя людьми, алчущими Нового Израиля. Име6но этот факт сыграл ключевую роль в истории ЮАР в дальнейшем. На созданных фермах использовался труд рабов, привезённых с острова Ява, с Мадагаскара и из Западной Африки. С местными бушменскими и готтентотскими племенами колонисты вначале вели торговлю и лишь постепенно стали происходить конфликты в основном связанные с захватом земель. Параллельно происходили конфликты на расовой почве между местными племенами и завезёнными рабами.

На рубеже XVII — XVIII веков на юг Африки проникают французские гугеноты и переселенцы из Германии. Многие из свободолюбивых буров не желают подчиняться властям Компании и на свой страх и риск начинают двигаться вглубь континента. Они объявляют себя «свободными фермерами». Походы на неделю на Север становятся в порядке вещей. Появляются прообразы легендарных коммандос, отрядов буров, которые охраняли от племён, поселения белых переселенцев. Тогда же шлифуется и далее характер буров в религиозном плане. Не желая признавать церковную бюрократию, буры превыше всего ставят Библию и оружие, семейный клан. Священники сопровождают отряды коммандос, «не зная, что такое пацифизм в своём сердце». Отказываются буры также и от крещения цветных, вопреки пожеланиям церкви. В 1765 году принимается и первый расовый закон, по которому чёрные не имеют право носить яркие одежды. В 1790 году вводится система пропусков для чёрных и цветных.

К концу XVIII века Ост-Индийская компания приходит в упадок. Нидерланды уступают свои позиции Великобритании. Первая опорная база англичан на юге Африки появилась в 1785 году, на берегу залива Алгоа. Сюда стали прибывать английские колонисты и части английской колониальной армии. А в 1806 году Великобритания включила Капскую колонию в состав своей империи. Переселенцы из Англии получили лучшие земли. Одновременно Великобритания ликвидировала голландские административные органы и объявила английский язык единственным официальным языком колонии.

Великий трек (1836–1838)

Экспансия Великобритании привела к тому, что в 1836 году буры начали так называемый «Великий Трек» — переселение в свободные от английского влияния центральные и восточные районы Африки. «Белые уходят на Север» — таков был их лозунг. Пройдя территорию между реками Оранжевая и Вааль и перевалив через Драконовы горы, группа буров во главе с Питером Ретифом вступила на земли зулу в северо-западном Натале. После победы над зулу в декабре 1838 года возникают бурские республики: Оранжевое Свободное государство (1848 год) и ЮжноАфриканская республика (1852 год), которую в 80-х годах стали называть Трансвааль. «Великий Трек» стал и остаётся ключевым событием в истории буров. Свою историю они воспринимают именно как уход от сил Зла, как вечное странствие в Землю Обетованную. Можно провести параллель с экспансией русских в Сибирь, уходом русской нации от московской государственной машины на вольницу, с феноменом Русского Староверия. Некоторые буры дошли даже до Кении и их потомки проживают там и ныне. Вообще, время «Великого Трека» было замечательным в своём роде. Буры создавали свои республики одну за другой, и любой волевой человек мог стать главой новоиспечённого государства. Царила анархия и свобода, всё обильно сдобренное апокалипсическими настроениями, ожиданиями конца Света. Как это было похоже на Россию! Было даже создано государство Стеллаленд, названное в честь пролетающей тогда над землёй кометы!!! Создаётся и республика Натал, зажатая между чёрными дикарями и надвигающейся Британской Империей. Девиз республики: «Оставьте нас в покое!». Неизбежно, в 1856 году Натал становится отдельной английской колонией. Когда британцы захватили республику, они обнаружили в ней лишь 60 человек. Остальные ушли. Сюда же прибывает большое число колонистов из Англии.

В это же самое время появляются ростки чёрного мифологического сопротивления англичанам. Среди колдунов чёрных племён ведутся разговоры о «чёрных русских», которые на конях должны прискакать в Африку и освободить всех от английского гнёта. По всей видимости это были отголоски Крымской войны. Что интересно, веком позже негры Африки будут уповать на новых освободителей, на «американских негров на самолётах».

Таким образом, в начале второй половины XIX века Великобритания стала владеть двумя крупными колониями на юге Африки — Капской и Натал. К 1880-м годам она соединила границы своих колоний, захватив у банту Западный и Восточный Грикваленд, Транскей, Пондоленд и Тембуленд.

Африканцы в ходе экспансионистской политики белых были вытеснены в районы с малоплодородными землями. Впоследствии эти земли стали основой резерватов — бантустанов. В конце 60-х годов XIX века вблизи теперешнего города Кимберли были обнаружены крупные алмазоносные месторождения, а в 80-х годах в районе горного хребта на территории Трансвааля было открыто одно из богатейших в мире месторождений золота. Кто-то должен был владеть ими.

Англо-бурские войны

В результате борьбы за ресурсы в 1880 году была развязана первая англо-бурская война (1880–1884), длившаяся три года. Она закончилась поражением буров и захватом бурских республик Великобританией. Небезызвестно отметить, что во время второй англо-бурской войны (1899–1902) русская общественность того времени была целиком и полностью на стороне сражающихся за свою независимость героев. В Южную Африку был отправлен добровольческий отряд, а газеты комментировали ситуацию так: «прямые религиозные фермеры, решившие своей кровью отстоять свободу отечества, всегда будут ближе сердцу святой Руси, чем наш исконный враг — холодная и эгоистичная Англия. По своей глубокой вере в Бога буры нам родные братья» Новое Время 16.10.1899 № 8490.

31 мая 1910 года на юге африканского материка появился Южно-Африканский Союз, вошедший на правах доминиона в состав Британской Империи. Сразу же после окончания англо-бурской войны африканеры, как и чёрные, подверглись со стороны британцев жестокому культурному подавлению, началась политика англизации, были введены наказания за использование голландского языка. В 1920 году до 20% буров жили в нищете. Однако эти меры не сломили волю африканеров. Свои надежды на независимость и построение государства африканеры начали связывать с Германией, особенно после прихода к власти националсоциалистов. В своих бедах буры всё больше винили «евреев и томми» и ненавидели чёрных, которые работая за меньшую плату, отбирали у них рабочие места.

Борьба буров

Немцы всячески поддерживали надежды буров, это вполне отвечало их геополитическим интересам, ведь Юго-Западная Африка (позже — Намибия), граничащая с ЮжноАфриканскими землями, была до 1918 года германской колонией, там проживало большое количество этнических немцев жаждущих реванша.

Первые правительства ЮАС, которые возглавляли лидеры основанной в 1910 г. Южно-Африканской партии генералы Л.Бота и Я. Х. Смэтс выражали интересы английского монополистического капитала и тех кругов бурских землевладельцев, которые шли на сотрудничество с английскими властями. Наиболее националистически настроенные бурские политические деятели во главе с генералом Джоном Герцегом вышли из правящей партии и основали в 1913 году Националистическую партию.

В конце 1914 года произошло последнее бурское вооружённое выступление против английского господства, которое было быстро и жестоко подавленно.

Первые бурские институции 1915—1918 гг. были созданы для того, чтобы оказывать помощь бедным белым через агентства по обеспечению работой, кредитные банки и профсоюзы. Они были настроены яростно анти-семитски, а также анти-негритянски и анти-британски. Движение началось с защиты униженных и оскорбленных, потом расширилось, чтобы в целом содействовать политическим, экономическим и культурным интересам африканеров. Бурские националисты разрабатывали религиозную и философскую доктрину. Их первый лозунг был «Afrika voor de Afrikaaneri!» (Африка — африканерам). Их религиозное сектантство имело одну цель: сплотить угнетенных, нежелательных и дискриминированных англичанами для коллективной обороны.

В этот же период создаётся ряд крупных ультраправых организаций, а в 1918 году — создана самая крупная бурская националистическая организация «Брудербонд» (Союз Братьев, где «каждый бур — брат»), а также ряд других ультраправых организаций имевших собственные военизированные отряды — «Серые рубашки», «Новый Порядок» и др. Наиболее радикальной стала знаменитая милитаристская «Ossewabrandwag», которая в 1938 году провела эпохальное шествие, копирующее «Великий Трек». Этот повтор «Великого Трека» членами организации вызвал рост массового национализма среди буров. Люди добровольно присоединялись к шествию националистов, бросали дома и вливались в колонну.

В 1924 году к власти пришла Националистическая партия, которая в ходе выборов апеллировала к националистическим чувствам избирателей-африканеров, к традициям бурского республиканизма и обещала бороться за провозглашение страны республикой. У партии был свой флаг и она проводила политику национализации производства. В 1933 году был создан коалиционный кабинет во главе с Д.Герцегом (премьер) и Я. Х. Сметсом (вице-премьер), в 1934 году произошло слияние Южно-Африканской и Националистической партии в объединённую партию. Лидеры партии говорили, что они «не против чёрных, они лишь защищают то, что должны защитить, свою идентичность». Буры боялись «общечеловеческую культуру» больше, чем чёрных. Т.е. речь об осознанном политическом апартеиде ещё не шла. Была популярна идея христианского «volkskapitalisme». Лишь наиболее рьяная часть африканских националистов отказалась признать слияние, и в 1935 году воссоздала «очищенную» Националистическую партию во главе с Д. Ф. Маланом. В 1930-е годы в западной и южной Африке появилось множество немецких и бурских организаций национал-социалистического толка. Они проводили манифестации, возглавили мощную расистскую кампанию, дело нередко доходило до стычек с английскими колониальными властями.

Буры и национал-социалистическая Германия

В Первой и Второй мировых войнах Южная Африка воевала на стороне «Антанты» и союзников. Но среди африканерских масс антигерманская ориентация никаких симпатий не вызывала. Поэтому нередко целые гарнизоны Южно-Африканского Союза выступали против официальных властей. Африканерская полиция также целиком стояла на антибританских позициях. С началом II-й мировой войны 1939–45 годов часть лидеров объединённой партии во главе с Д.Герцегом и Националистическая партия во главе с Д. Ф. Маланом выступили против участия ЮАС в войне на стороне Великобритании. Однако парламент большинством голосов высказался за поддержку Великобритании, что привело к формированию нового правительства во главе со Я. Х. Смэтсом. Многие африканерские националисты вышли из Объединённой партии. Гитлеровская Германия, со своей стороны, возлагала большие надежды на расистские и националистические организации ЮАС, на африканерский национализм, стремилась использовать в своих целях несколько десятков тысяч немцев, живших в ЮАС и Юго-Западной Африке. Националистическая партия неоднократно ставила в парламенте вопрос о выходе ЮАС из войны. В этих условиях правительство Смэтса было вынужденно интернировать наиболее активных нацистов. В 1941 году были интернированы и помещены в концлагеря десятки тысяч африканеров, уличённых в пронацистских взглядах, в том числе будущий министр юстиции ЮАР Балтазар Форстер, который перевёл на африкаанс " Mein Kampf» Адольфа Гитлера. Он постоянно подчёркивал, что христианский национализм «является союзником националсоциализма». В своей христианской теологии буры доходили до доктрины, что они являются «Божьими палачами Африки».

Права небелых ещё до апартеида

Ещё до апартеида чёрные были лишены практически всех прав англичанами. Время от времени принимались законы, которые легальным образом оформляли ограничения. В 1911 г. были объявлены незаконными стачки наемных рабочих (т.е. черных), а Закон о шахтах и рудниках сохранил определенные категории работ только для белых. В 1913 г. вместе с Законом о земле туземцев был введен принцип территориальной сегрегации в зависимости от цвета кожи. Этот закон был ключом последующих событий, главным образом из-за того, что он определял характер ответа африканцев, который заключался в создании множества своих собственных, быстро распространяющихся разновидностей религиозных сект. Африканскому населению, составляющему ¾ всего населения страны, было отведено менее 13% земельной площади. В 1923 г. Закон о туземных городских зонах создал отдельные африканские зоны для проживания в городах и пригородах. В 1925 г. Закон о примирении сторон в индустрии лишил африканцев права заключать коллективные договоры. Закон о туземной администрации от 1928 г. сделал генерал-губернатора (т.е. правительство) главой всех африканцев с авторитарными правами назначать вождей, определять племенные границы, переселять племена и людей и контролировать африканские суды и землевладение. Власть правительственной полиции дополнительно была усилена Законом о шахтах и рудниках и Законом о массовых беспорядках от 1930 г. В 1940 г. Закон о туземных делах ввел раздельные политические институции для африканцев, создав конференцию туземных африканских вождей, назначенных правительством, которой руководила комиссия по туземным делам, состоящая только из белых «экспертов».

Во время Второй мировой войны Смэтс, который до этого уничтожил надежды цветных и смешанных рас на политическое равенство с белыми избирателями, распространил социальную инженерию и на них. В 1943 г. он создал министерство по делам цветных, чтобы «администрировать» капских цветных, и в том же году ввел Закон об ограничении передвижений, чтобы остановить перемещение индийцев и прочих цветных в белые зоны. В сентябре 1943 года Ферверд заявил: «Политика сегрегации, которая означает также защиту коренных жителей в земле африканеров и заботу о них, даёт им возможность разрабатывать то, что принадлежит им, чтобы они могли обрести гордость и самоуважение как коренные жители, вместо того, чтобы постоянно подвергаться унижению как неудавшейся пародии на белого человека». Он утверждал, что Южная Африка была бы обречена, если бы коренным африканцам было позволено «повышать своё мастерство, получать большую зарплату и конкурировать на рынке труда среди „белой“ Южной Африки». Ферверд был прав. Его идеи коренилось в создании ЮжноАфриканского союза расовых исследований. Следовательно, оно находилось под непосредственным влиянием идей Гитлера и его планов сегрегированного заселения на востоке, хотя в него была добавлена библейская подоплека, которая отсутствовала в атеистических взглядах Гитлера. Первые послевоенные годы были ознаменованы дальнейшим ростом и обострением борьбы между предпринимателями и африканскими трудящимися. В августе 1946 г. горняки Витватерсранда провели крупнейшую в истории ЮАС забастовку, в которой участвовало около 100 тыс. африканских рабочих, требовавших установления минимума заработной платы в размере 10 шилл. в день. Правительство подавило забастовку с применением вооруженных сил и полиции. Забастовка имела важное значение для развертывания массового общественнополитического движения небелого населения Южной Африки, но это привело также к тому, что, напуганное размахом движения чёрного пролетариата белое население отдало предпочтение на выборах 1948 г. националистам.

Приход к власти националистов

К выборам 1948 г. Национальная партия, возглавляемая Д. Ф. Маланом, пришла уже с четко разработанной доктриной апартеида, т.е. раздельного развития. Эта доктрина была разработана интеллектуалами Стеленбосского университета ещё в 1943 г. и предусматривала жесткую расовую сегрегацию. Итак, все существенные элементы белого владычества и физической сегрегации уже существовали, когда в мае 1948 г. Объединенная партия проиграла выборы и к власти пришли бурские националисты. Все последовательно сменявшие друг друга националистические правительства-Д. Ф. Малана (1948–1954), И. Г. Стрейдома (1954–1958), X. Ф. Фервурда (1958- 1966), Б. И. Форстера (1966–1978) и П.Боты (с 1978 г.) проводили политику апартеида

С 1949 по 1953 год в ЮАР было принято 9 расовых законов. Запрещались смешанные браки, совместное обучение белых и чёрных в школах и высших учебных заведениях. Чёрных и цветных лишили права на забастовку. Им было предписано жить в специальных гетто, окружавших большие города, предоставленные исключительно белым. Появляться в таких городах африканцы могли только с письменного разрешения работодателей и лишь в рабочее время. Особая фаза наступила после назначения идеолога Х. Ф. Фервурда министром по туземным делам в 1950 г. Он был интеллигентом, профессором, но социальной психологии в Стелленбоше, и отнюдь не был ограниченным и старомодным буром: родился в Голландии, получил образование в Германии. Он придал системе новую гармонию, особенно после того, как в 1958 г. стал премьер-министром. Его Закон об образовании банту от 1954 г. наложил правительственный контроль на все африканские школы, подчинил себе миссии, ввел дифференцированные учебные программы, а также образовательную систему, специально созданную для подготовки говорящих на языке банту к их месту в обществе. В то же время началось систематическое создание разделенных областей проживания — «бантустанов». Сегрегация проникла, в каждую область жизни, включая спорт, культуру, и не на последнем месте, религиозные службы, а в 1959 г. правительство успешно сегрегировало и высшее образование.

Главный план наступающего апартеида содержался в так называемом докладе Томлинсона от 1956 г. — вероятно самом подробном описании и оправдании широкомасштабной социальной инженерии, которое когда-либо проводилось. В нем утверждалось, что «доминирующим фактом в южноафриканской ситуации» было «отсутствие малейшего намека, который заставил бы нас поверить в то, что европейское население, сейчас или в будущем, захочет пожертвовать своим характером обособленной национальной общности и европейской расовой группы». Затем было сказано, что страна должна быть оформлена в соответствии с этим фактором.

Мотивы были такие: негров в пять раз больше, и, если произойдёт расовое смешение, нас сомнут и уничтожат. Кроме того, сторонники апартеида заявляли, что чёрные ещё не приучены к цивилизации, что без строгих надзирателей они просто перережут друг друга. В качестве подтверждения приводились кровавые столкновения между «Инкатой» (политической организацией зулусов — одного из чернокожих племён) и АНК Массовую борьбу против апартеида возглавил Африканский национальный конгресс (АНК, основан в 1912, в 1960 — 90 находился на нелегальном положении).

Как бы там ни было, но ООН официально осудила апартеид и ввела против ЮАР санкции. В 1961 году эту страну исключили из Содружества, объединяющего Великобританию и её бывшие колонии. 21 апреля 1961 г. была провозглашена Южно-Африканская Республика и принята новая конституция. Правительство правящей Националистской партии пошло на реформу законодательства; были легализованы политические партии, включая АНК и Южно-Африканскую компартию (основана в 1921). Но на выборах 1961 г. расовая сегрегация получила свое законченное выражение во множестве законов: законе «О расселении по расовым группам» (1950), законе «Об образовании.банту» (1953), законе «Об арбитраже в промышленности» (1956), законе «О развитии самоуправления, банту» (1963).

Апартеид Бантустаны

После прихода к власти Националистической партии специальная Комиссия по вопросам социального и экономического развития банту (банту — чёрное население Южной Африки) обосновало необходимость создания новых административно-территориальных единиц — «бантустанов», или национальных отечеств банту. Бантустанизация была важнейшей составной частью политики апартеида. В соответствии с ней территория ЮАР была разделена на «белые» и «чёрные» районы. В 1951 году был принят закон «О властях банту» а в 1959 году закон «О развитии самоуправления банту», согласно которому африканцы ограничивались в политических правах. В белых районах, занимающих 87% территории страны, африканцы были лишены многих гражданских прав и фактически находились на положении иностранцев. Взамен этого им была обещана — «полная политическая свобода» в бантустанах, созданных властями на базе существовавших прежде резерватов. Позднее в соответствии с законом «О гражданстве хоумлендов» все африканцы в ЮАР независимо от своего местожительства были приписаны к одному из 10 бантустанов, каждый из которых был объявлен «национальным очагом» той или иной африканской народности. По замыслам буров в этих образованиях негры жили в соответствии со своими исконными традициями, им было предложено полное самоуправление, а затем независимость. Конечной целью этой программы было создание созвездия государства Южной Африки в составе одного «белого» и 10 «чёрных» государств. Площадь бантустанов занимала 13% территории ЮАР, в которых проживало 47% африканцев. Однако когда в 1976 году была провозглашена независимость бантустана Транскей, в 1977 году — бантустана Бофутатсвана и Венда ООН заявила о не признании этих новых государств

Религиозный фактор.

На формирование африканерского национализма и системы апартеида огромное влияние оказал религиозный фактор. Христианская вера традиционно занимала в жизни африканеров значительное место. Одним из основных постулатов кальвинизма является Божественное Предопределение. Поскольку кальвинизм — это довольно патриархальная религиозная система, в африканерских семьях всегда очень много детей, эмансипация женщин наталкивается на полное непонимание, а либеральные идеологии рассматриваются только как продукт деятельности антирелигиозного начала. Кальвинистов наглядно характеризует тот факт, что в ЮАР до 1974 года не было телевидения, ибо всё это баловство и разврат. Радиовещание, впрочем, было — поскольку его ещё в 20-е годы завели англичане. Африканерское движение «Христианское национальное просвещение» официально заявляло: «Полностью сохраняя единство истории, мы верим, что Бог создал раздельные нации и народы и наделил каждую нацию и человека своим особым назначением, задачами и способностями… Мы верим, что вслед за родным языком величайшим средством воспитания любви к отечеству является национальная история народа». История преподавалась в ЮАР в свете Божественного Откровения, она должна была рассматриваться как исполнение Божьей Воли: «Бог повелел нациям и народам быть разделёнными, дав каждой нации особое предначертание и дарование». Кроме того, история должна была рассматриваться как пример Предопределения Бога и инструмент воспитания национализма. Сразу после прихода к власти Националистической партии Голландская реформаторская Церковь вышла из экуменического Всемирного совета церквей и провозгласила «Фундаментальные принципы», в которых она полностью поддержала апартеид и антикоммунистическую борьбу. Председатель Синода Церкви Х.й. К.Снийдерс в 1958 году заявил, что «идеалом служит установление тотального апартеида».

Экономический фактор

Было и кое-что ещё, заслуживавшее внимания. Чернокожие жители ЮАР отнюдь не горели желанием переселяться в африканские страны, освободившиеся от колониальной зависимости. Как раз наоборот: африканцы из соседних государств всеми правдами и неправдами пытались попасть в «страшную» вотчину апартеида, спасаясь от голода и кровавых гражданских войн. В любом южноафриканском гетто условия жизни были лучше, чем в независимых странах «чёрного континента». Для чёрных были созданы условия, хоть и уступающие условиям для белых, но появилось и здравоохранение, образование, университеты для чёрных, возможность воинской службы и так далее. Самое главное, одной из основных причин было то, что белое правительство давало работу. Конечно, условия труда у не европейцев и негров были хуже, а оплата существенно меньше, чем у европейцев, но, начиная с конца 80-х годов положение для первых начало улучшаться. В начале 90-х в большинстве отраслей труда оплата чёрнокожих и белых практически сравнялись. Улучшилась и социальная защищённость. И даже стремясь сохранить основные «идеи» апартеида, правительство отказалась от ряда признаков так называемого «мелочного» апартеида — в спорте, транспорте и т.д. Сама Южная Африка активно помогала чёрным соседям, например, построила Лилонгве — новую столицу Малави, водохранилище Кабора-Басса в Мозамбике. Стабильный рост доходов в Южной Африке в течение двух десятилетий после того, как «Ветры перемен» подули над континентом, дал возможность режиму воздвигнуть заслоны от них в виде самостоятельной военной промышленности, которая делала страну практически независимой от ненадежных внешних поставщиков, а также финансировала военную программу ядерного оружия.

Фактор борьбы с коммунизмом.

В конце 1950-х — начале 1960-х ведущие колониальные державы приступили к массивной деколонизации Африки. Под давлением кабинетных «ученых» и критиков левацкого толка, не очень-то желая воевать с т.н. «освободительными движениями», инспирированными коммунистами и социалистами, Британия, Франция, Бельгия и Италия внезапно сняли с себя ответственность за дальнейшее развитие африканского населения и ушли с континента буквально в один миг. «Ухуру!» («Свобода!» на суахили) — таков был популярный клич африканцев. ЮАР стала передовым отрядом борьбы с коммунизмом и довольно часто подтверждала это конкретными делами — к примеру, посылая войска в Анголу для борьбы с просоветскими группировками, на стороне которых воевала 10-тысячная кубинская армия. В 1964 коммунистическая волна резко остановилась у берегов Замбези. Родезия, Португалия и Южная Африка не собирались подчиняться коммунистическому хаосу. Началась первая «пограничная война». От тропических лесов Анголы и Мозамбика до жарких долин Замбези, португальский soldado, родезийский troopie и южно-африканский boer встали плечом к плечу, в своем намерении защитить цивилизацию от варварства. По лицензиям, приобретённым у французских, западногерманских, бельгийских, израильских и других фирм, военная промышленность производила самолёты, ракеты, броневики, артиллерийские орудия и другое военное снаряжение. Есть достаточно оснований полагать, что уже в сентябре 1979 года ЮАР произвела взрыв атомного устройства. юАР — не исключение.

Отметим и тот факт, что расистскую политику проводила не только ЮАР. Все африканские государства проводили расовую политику. В 50-е и 60-е годы Египет, Ливия, Алжир, Марокко и Тунис выгнали более четверти миллиона евреев и загнали оставшихся несколько тысяч в гетто. В 60-е годы Объединенная республика Танзания прогнала арабов и лишила их равных прав. В 70-е годы из большинства государств Африканского Рога и восточной части Центральной Африки были изгнаны азиаты, и они были везде дискриминированы; даже Кения в 1982 г. грозилась, что выгонит их. В большинстве случаев расовая дискриминация была скорее умышленным актом правительственной политики, нежели желанием народа. Когда правительство Уганды изгнало в 1972 г. азиатов, то это было сделано с целью обеспечения жильем и магазинами своих членов и сторонников, а не для того, чтобы удовлетворить обыкновенных черных угандийцев, которые были в дружеских отношениях с азиатами. Антиазиатский расизм обычно пропагандировался официальными и полуофициальными газетами, контролируемыми правительством. В 70-е годы в них регулярно публиковались различные расистские материалы: что азиатские женщины испытывают чувство превосходства и поэтому отказываются спать с черными мужчинами, что азиаты нелегально вывозят в чемоданах валюту из страны, что азиатские бизнесмены — монополисты и эксплуататоры. Типичный заголовок гласил: «Азиатские врачи убивают своих пациентов». И само собой, после получения независимости большинство черных африканских стран проводили государственную политику дискриминации белых.

Падение апартеида

Одной из важнейших причин уничтожения системы апартеида в ЮАР можно считать состояние экономики. Помимо экономического истощения в постоянной борьбе с натиском чёрной Африки, во многом это было вызвано тем что, начиная с 80-х годов, против ЮАР стали действовать многочисленные экономические санкции.

Страна становилась «изгоем». Мировое сообщество больше не нуждалось в ЮАР, как в солдате против умирающего СССР, а символ чистоты белой расы уже переставал вписываться в строящийся Новый Мировой Порядок.

Почувствовав, что времена меняются, обострилось и вооружённое давление оппозиции внутри страны. Главной оппозиционной силой в ЮАР был «Африканский национальный конгресс» (АНК). В 1956 году он созвал в городе Кейптауне на юге страны Конгресс народов Южной Африки, участники которого приняли Хартию свободы, призывавшую к отмене апартеида. Власти ответили законом, ликвидировавшим даже символическое присутствие чёрных в парламенте. Возмущение африканцев вылилось в массовые беспорядки, которые были беспощадно подавлены. В марте 1960 года полиция расстреляла демонстрацию в городе Шарпевилле, убив около 70 человек. Оппозиция также решила перейти к насильственным действиям. Вице-президент АНК Нельсон Мандела ушёл в подполье и создал военизированную организацию «Копьё нации». В 1964 году его арестовали и приговорили к пожизненному тюремному заключению. Борьба против апартеида была очень жестока. Тысячи белых людей были самым безжалостным образом истреблены. Чёрные коммунисты придумали даже свой «фирменный» способ казни — «ожерелье», когда на шею жертве надевают горящую автомобильную покрышку.

Постепенно страна менялась. Настоящие реформы начались в 1989 году, когда президентом ЮАР стал лидер Националистической партии Фредерик де Клерк (позже его прозвали южноафриканским Горбачёвым). Он добился отмены всех расовых законов, освободил из тюрьмы Нельсона Манделу. В 1991 парламент отменил сегрегацию по месту жительства и владению землей. В итоге в 1992 году последовала «официальная» отмена режима апартеида, кстати, проведённая в обход Конституции и законодательства ЮАР, а в 1993 правительство предприняло шаги по десегрегации образования. В 1993 году Мандела и де Клерк получили Нобелевскую премию мира. В апреле 1994 вступила в силу временная конституция. Первые многорасовые выборы в Национальную ассамблею состоялись в апреле 1994, в июне восстановлено членство ЮАР в Содружестве. Лидер АНК (партии большинства в парламенте) Н. Мандела избран президентом ЮАР. Через 5 лет в связи с преклонным возрастом Н. Мандела передал власть вицепрезиденту Тхабо Мбеки. Последний белый президент ЮАР Фредерик де Клерк скрылся от разъяренных белых соотечественников в далёкой Швейцарии, но, тем не менее, в 2002 году его жена была убита африканцем. Симпатией среди «мировой общественности» пользовались террористы, коммунисты и просто чёрные расисты — те, что на экспорт вещали о борьбе с «апартеидом» и построении расовой гармонии, а для внутреннего употребления имели лозунг куда более простой и доходчивый: «Один белый — одна пуля».

Что теперь?

После крушения расового государства в Южной Африке произошли весьма значительные перемены — почти все высшие государственные посты и руководящие должности в армии заняли представители чёрного населения. Однако уровень преступности вырос в десятки раз, города стали грязнее, ухудшилось коммунальное обслуживание, а экономический рост страны наоборот значительно снизился. В настоящее время ЮАР занимает одно из первых мест по количеству ВИЧ-инфицированных (20% населения). Причиной этого послужила банальная и предсказуемая неспособность черного населения поддерживать тот высокий цивилизационный уровень, которого достигла ЮАР под белым правлением.

Главным бедствием для ЮАР за последнее десятилетие стала уличная преступность. Черные принялись убивать, грабить и насиловать белых с таким энтузиазмом, словно хотели отыграться за годы унижений. К тому же они терроризировали иммигрантов, съезжавшихся в ЮАР из соседних стран. Дело дошло до того, что в 2000 году власти страны запретили публиковать статистику преступлений, чтобы не пугать мировую общественность (по неофициальным данным, за 2001 год в стране были убиты почти 22.000 человек и совершено около 50.000 изнасилований). Все это активно способствовало оттоку белого населения.

Белые с каждым годом все активнее уезжают из ЮАР — в основном в Великобританию, Австралию и Hовую Зеландию (по самым скромным оценкам, за последнее десятилетие уехали около 500.000 человек). Не это ли до сих пор происходит в России, когда молодые талантливые люди, закончив ВУЗы, уезжают работать и жить заграницей? Все, кто мог уехать раньше, после краха СССР и при режиме Ельцина, уехал. Волна эмиграции спала, но при режиме Путина происходит путь не массовый, но постоянный отток лучших людей страны.

Среди тех же, кто остался, как в ЮАР (так и в России) националисты поделились на две группы. Первые ратуют за возвращение «старых, добрых порядков» (Империя, Сильная РФ в нынешних границах) когда «каждый ниггер (иммигрант, нацмен) знал своё место» и в принципе выступают за реставрацию апартеида. Вторые ставят перед собой цель отделить более-менее значительную часть южноафриканского государства (Республика Русь) и превратить эту территорию в место компактного проживания белых европейцев.

Естественно, что в таких условиях не могло не возникнуть и жестокое сопротивление, прежде всего, со стороны африканеров, которые по праву считают Южную Африку своей родиной и отрицательно относятся к идее эмиграции. Ещё в 1980 годы «Великий Африканер» — белый фермер Юджин Тербланш организовал Африканерское Движение Сопротивления (АДС). Символом АДС стали три семёрки, расположенные в форме коловрата. После отмены апартеида африканеры начали организовывать на своих фермах специальные военизированные лагеря, где проходят подготовку все несогласные со своим нынешним положением белые люди. Военное крыло АДС носит название «Железная Гвардия». Влияние и численность АДС были огромны. По разным оценкам в организацию входило от 200 до 300 тысяч белых южноафриканцев. Ещё большее количество белых оказывали ей скрытую поддержку. Костяк организации составляли военные и сотрудники правоохранительных органов. Также в это время в ЮАР существовало ещё несколько небольших и крайне законспирированных объединений, из которых можно отметить организации носящие название «Белые волки» и «Серые грифы» — военизированные группы, насчитывающие несколько сотен человек. Кроме того, в феврале 1989 года в Претории было образованно «Всемирное движение за апартеид».

Апартеид опередил своё время. Уже очень скоро белые люди могут стать на территории Европы и Америки в положении расового меньшинства. Для противодействия исламскому и азиатскому фактору, для предотвращения гибели самой Белой Цивилизации и культуры, для недопущения губительного расового смешения необходимы действенные рычаги. Одним из примеров эффективного решения проблем этого рода является политика Южно-Африканской республики во второй половине двадцатого века.

Из разговора с одним африканером

«…они отдают мою страну, понимаешь? Всё, за что боролись Voortrekkers (основатели республик Оранжевая и Трансвааль), всё. Целые поколения, отдавшие жизни за то чтобы сделать Южную Африку великой страной. Упорный, тяжёлый труд, пот и кровь… Назови мне хоть одну страну на этом континенте, чтоб была процветающей, нормальной, а не то, где правит какой-то дешевый диктатор, у которого руки по локоть в крови? Нет такой больше. Нет. А теперь мою страну отдают зулусам и этой красной шайке марксиста Манделы. Ну и как ты думаешь, во что превратится Южная Африка, после десяти лет правления чёрного большинства?… Когда мне говорят, что это их страна, я даже не знаю что ответить… Я не могу спорить с человеком, который не знает самых элементарных вещей. Первыми на Кейпе (мысе Доброй Надежды) поселились именно голландцы, а не каафиры. До голландцев там были только бушмены и готтентоты — так вот их потомки стали капскими Цветными (coloreds), а каффиров и близко не было. Они пришли на юг много позже. Они пришли, когда мы уже обрабатывали землю, и все что они хотели — это заработать себе на жизнь на нашей земле. У нас столько же прав на эту землю, сколько у остальных, если не больше. И каффиры на нас смотрели как на избавителей, потому что мы им помогали, когда была засуха и голод. А сейчас они хотят получить всю страну. И получат…»

Свидетельство очевидца

«Довелось пообщаться с одним товарищем, уроженцем ЮАР. Разговорившись, гражданин осмелел и выпалил все наболевшее. Ситуация мне сильно напомнила положение русских в Чечне во времена независимости. Негры на глазах у родителей насилуют дочерей, заходят в школы, увозят старшеклассниц, которые потом пропадают. Белые ездят по городу, не останавливаясь на светофоры. Если остановился, тут же подлетают негры и грабят, или просто стреляют через стекло. Убийство белого ни как ни карается, даже если дело дойдет до суда, черные присяжные оправдывают соплеменника. Полиция на 100% черная, обращаться туда белому нет смысла. В провинции Наталь, белые ещё как-то держат самооборону в небольших городках. Но таких становится все меньше и меньше. Народ сматывает в Новую Зеландию или Австралию. Сматывают на легке, взять с собой что-либо не дают. Не дают продавать недвижимость. Так что ЮАР повторяет путь Южной Родезии (Зимбабве), один к одному. Скоро в одну из богатейших стран мира полетит продовольственная, гуманитарная помощь. Появится голод, нищета, нулевая грамотность — полный букет проклятого наследия апартеида»

Чёрный расизм

«В ЮАР белого фермера заставят продать свой надел, чтобы передать землю черным в соответствии с планом перераспределения земель. Об этом было объявлено на заседании Комиссии по реституции прав на землю, учрежденной для того, чтобы вернуть землю тем, кто потерял её во время апартеида. С момента прихода к власти в 1994 году правительство черного большинства заявляло, что оно будет проводить политику „покупка и продажа по доброй воле“, выкупая фермерские земли по рыночной цене у тех, кто готов их продать и распределять участки между безземельными неграми. Однако вице-президент Фумзиле МламбоНгцука заявила, что с реформами необходимо поторапливаться, как это было сделано в соседней Зимбабве, где большинство белых ферм были отчуждены у владельцев в пользу государства. „Нам крайне необходим опыт Зимбабве“, — сказала она. Напомним, что в республике Зимбабве, начиная с конца 1990-х годов, развернулась поощряемая государством кампания захвата земель белых фермеров. В результате этого немногочисленное белое население было вынуждено покинуть страну, а в самой Зимбабве начался голод. Согласно данным ООН, Зимбабве является одной из беднейших стран Африки, в которой голодают около 2 миллионов человек».

В ЮАР из-за задержки поездов пассажиры на вокзале подожгли 28 вагонов

В ЮАР в населенном пункте Совето около города йоханнесбурга в отместку за задержку поездов пассажиры подожгли 28 вагонов, передает агентство Франс Пресс со ссылкой на пресс-секретаря государственной железнодорожной компании Metrorail. По его словам, поезда были задержаны из-за неполадок в системе регулировки движения. «Пассажиры начали выходить из поездов и поджигать их», — сказал пресс-секретарь. По его словам, ущерб от поджога составил около 25 миллионов евро.

Речь президента СВАПО (Народная организация Юго-Западной Африки)

«Мы не можем примириться ни с одним белым правительством, неважно либеральным или экстремистским. Нас также не интересует эта мультирасовая чепуха. Мы намерены смести с лица земли все следы белой цивилизации. Нам не нужны ни реформы, ни бантустаны, ни улучшение условий коренного населения. Все что мы хотим — это полной независимости. Правление черных — или ничего!»

(Сэм Нуйома, президент СВАПО, на выступлении в Танзании, 1970 год)

Вот как описала свои чувства в заметке «Почему я уезжаю из Южной Африки», опубликованной в лондонской газете Sunday Times, жена известного южноафриканского писателя Алана Пейтона — Энн Пейтон: «Я страстно люблю свою страну, но не могу больше здесь жить. Я больше не могу закрывать окна в машине и бояться останавливаться на светофорах. Я устала постоянно ожидать худшего, вздрагивая от каждой тени, пугаясь любой группы подростков, даже если в девяти случаях из десяти они оказываются безобидными школьниками. Такие страхи одолевают нас всех. Среди моих друзей и друзей моих друзей за последние четыре года было убито девять человек».